02:44-16.09.2004

Он обещал вернуться

Девушка появилась около восьми утра. И не одна. Не замечая Володи, расцеловалась у подъезда с провожавшим ее парнем, помахала ему рукой, шагнула к двери и… остолбенела, встретившись взглядом с мрачными глазами жениха.

Измена

«Эля, любимая, прости меня. Прости, если можешь, потому что я себе этого никогда не прощу. Мы должны расстаться. Пожалуйста, будь счастлива».

Бессвязное письмо, проникнутое отчаянием. Владимир до боли сжал виски, чтобы изгнать воспоминания о любимой, которую он потерял. И главное – ему некого было в этом винить: он сам был во всем виноват.

Проклятые астраханские каникулы. Когда он прощался с Элей, ее мучило какое-то дурное предчувствие.

— Да ну, брось, малышка, — успокаивал он девушку, нежно качая ее на руках. — Просто бабушка болеет. Съезжу к ней всего-то на три недели. Разве это разлука? Я вернусь, и мы всегда будем вместе.

Мы всегда будем вместе. Ему самому хотелось в это верить. Он любил Элю до безумия, хотя родители и твердили, что в 18 лет рано говорить о серьезности чувств.

Бабушка тоже разделяла эту точку зрения.

— Да какая тут может быть любовь? Эта Эля на четыре года тебя старше. Понятно, девка на выданье, вот и охомутала младенца. Ты лучше на молодых девчонок внимание обрати. Знаешь, в Астрахани самые красивые девушки.

Володя усмехнулся.

— Зря смеешься, — заметила бабка. — Вот у знакомого, Дмитрича, дочка — хорошая девочка. Познакомься.

Несмотря на бабушкины заверения, дочка ее знакомых особой красотой не блистала. Так, симпатичная, молоденькая, смущающаяся от чересчур любопытных взглядов.

— Маша, — пролепетала она, улыбнувшись Володе, и неудержимо залилась краской.

Наверное, именно своей застенчивостью и понравилась она парню. Бесконечные просьбы бабушки — «Проводи Машу до дома», «Донеси ей тяжелую сумку», «Сходи с Машей на пляж» — Володя выполнял без особого неудовольствия. Он относился к девушке со снисходительностью старшего брата (он действительно был старше ее почти на два года) и старался не замечать откровенно влюбленных взглядов, что кидала на него новая знакомая.

Бабушка провожала парочку довольным взглядом. Она не знала о том, что каждый вечер ее внук заходил на телеграф и звонил Элине. Бабушка считала, что он уже забыл свою первую любовь, а он только о ней и думал.

С празднования Дня рыбака Володя и Маша возвращались вместе. Им было весело.

— А может, искупаемся? — предложила девушка. — Тут неподалеку пустынный пляж.

— Да я плавок не захватил, — растерялся ее спутник.

— Купайся так. На берегу все равно никого нет.

Вода оказалась на удивление теплой. Но, выбравшись на берег, Володя заметил, что Маша дрожит.

— Да ты вся замерзла, одевайся скорее, — встревожился он, кутая девушку в свою рубашку.

Почувствовав его прикосновение, Маша вдруг прижалась к парню и горячо зашептала, почти касаясь своими губами его губ:

— Володенька, милый, любимый, я так ждала этого. Любимый…

От близости почти обнаженного тела Володя потерял голову. Каждый поцелуй лишал его воли, и вслед за Машей он послушно опустился на еще не остывший песок.

Новая любовь

Нужно уметь отвечать за свои поступки. Как он может смотреть в чистые Элины глаза после этой измены? Эля пыталась связаться с ним, но Володя упорно избегал этой мучительной для него встречи.

Да и Машу он ни в чем не винил. Глупенькая 16-летка, она пошла на это ради любви. А он? Он – ради чего?

— Ты не можешь взять и вот так бросить Машу, — разволновалась, узнав о случившемся, бабушка. — Раньше тебя мигом заставили бы на ней жениться.

— Я и не собираюсь ее бросать, — устало объяснил внук. — Но для брака она еще молода. Подождем до ее совершеннолетия.

Володя сдержал обещание. Все лето он пробыл у бабушки. Маша не оставляла его ни на минуту. И в конце концов общение с ней перестало казаться Володе таким уж обременительным. Она была так ласкова с ним, так старалась ему угодить, так явно и открыто выражала ему свою любовь. «Может быть, мы будем с нею счастливы?» — думал Володя, загоняя вглубь сознания образ Элины.

А осенью Володю забрали в армию. И полетели письма – Машины к нему, полные страсти и мечтаний о будущем. Они грели сердце солдата. Володя писал реже, но регулярно. Ему так хотелось, чтобы там, на «гражданке», его кто-то любил и ждал.

«Машенька, на рождество мне дадут три дня отпуска, я приеду к тебе, и мы сможем подать заявление в ЗАГС. А поженимся осенью, когда я вернусь», — радостно писал Володя.

Но белый конвертик без марки – письмо военнослужащего – не дошел до адресата.

Не ждали

Астрахань встретила Владимира обычной январской слякотью. Но погода не могла испортить его настроения: он в отпуске! Даже не заходя к бабушке, как был, в кирзачах и с вещмешком за плечами, кинулся к Маше.

На лице ее отца, открывшего дверь, отразилось смущение:

— А мы и не ждали…

— Здрасте! А Маша где?

Будущий тесть отвел глаза:

— Маши нет дома. Она у подруги.

— Вот как? — расстроился парень. — А позвонить ей можно?

— Да нет у той телефона.

Из кухни выглянула Машина мама:

— Володенька, проходи, проходи, — захлопотала она вокруг жениха дочки. — Ты подожди, Маша скоро будет.

Часы показывали половину десятого. До полуночи Володя прождал невесту у нее дома, а потом вежливо распрощался.

— Транспорт плохо ходит, вот она, наверное, и решила переночевать у подруги, — пытались объяснить родители, огорченные не меньше самого парня. — Ты сходи домой, а утром Маша тебе позвонит, хорошо?

Погрустневший Володя кивнул. Но к бабушке не пошел. Примостился на лавочке возле Машиного подъезда. Ждал.

Девушка появилась около восьми утра. И не одна. Не замечая Володи, расцеловалась у подъезда с провожавшим ее парнем, помахала ему рукой, шагнула к двери и… остолбенела, встретившись взглядом с мрачными глазами жениха.

Встреча

Может быть, и простил бы Владимир невесту, если бы не почувствовал, что с изменой его любовь к Маше словно исчезла из сердца.

Друзья пытались утешить Володю, боялись оставлять его одного, развлекали, как могли. Но тот мрачно пил, а под вечер второго дня попросту сбежал от компании. Он бежал по окраине города, бежал от душившей его боли предательства, бежал от разочарования, бежал от собственной глупости. Ведь из-за этой оказавшейся ошибкой привязанности он отказался от своей первой, настоящей любви.

Раздался звук свистка и крики: «Стой!» Тут же крепкие руки обхватили его и опрокинули на землю. Ничего не понимающий Владимир сопротивлялся до тех пор, пока не заметил на нападавших милицейскую форму.

— Я ничего не делал, — оправдывался он. — За что?

Милиционеры держали его крепко.

— Он, бабушка?

Подведенная к парню старушка закивала:

— Он, он. В форме был, я запомнила. Сумку у меня вырвал и убежал.

— Да не вырывал я у нее никакой сумки, — возмутился Володя. — Смотрите, у меня в руках ничего нет.

— Выбросил где-нибудь, — уверенно отметил один из милиционеров. — Гражданин, пройдемте с нами.

В участке было светлее, и бабушка, опознавшая было в Володе вора, замахала головой:

— Ой, господи, да не он это. Не он. Тот темноволосый был, но тоже в форме.

— Сейчас в форме кто только не ходит: купят на базаре и щеголяют, — заметил милиционер. — Что же это вы, бабушка, невинного человека чуть не оклеветали?

— Да слепа уже, на старости лет… Прости, милок.

— Ничего, — ответил Володя, успокоенный. — Бывает.

Милиционеры тоже извинились и даже предложили довезти Володю до дома.

— Нет, спасибо. Ну, я пойду?

На улице уже совсем стемнело. На пороге РОВД Володя нечаянно налетел на женщину-милиционера. Извинился и привычно козырнул, разглядев погоны старшего лейтенанта. Но та вдруг отреагировала совсем неожиданно. Схватила его за руку и дрожащим голосом прошептала:

— Володя, ты?

На него смотрели полные слез прекрасные глаза Элины.

Признание

Они шли по ночному городу и разговаривали. Обо всем, словно восполняя тот отрезок времени, что не были вместе.

— Меня недавно сюда перевели, — рассказывала Элина. — Еще не успела обзавестись знакомыми. И уж кого не ожидала здесь встретить, так это тебя.

— А я в отпуск к бабушке приехал. И, надо же, тебя встретил. Я… — Володе было трудно говорить. — Я очень рад тебя видеть.

— Я тоже рада.

На следующий день Эля пришла проводить его на вокзал.

Проталкиваясь между пассажирами, Володя все думал о том, как сказать ей те самые, самые главные слова.

Уже сидя в вагоне и глядя сквозь мутное стекло на любимое лицо, он вдруг встрепенулся и кинулся к выходу.

— Вы куда, молодой человек? — остановила его проводница. — Отправляемся уже, садитесь на место.

Володя выскочил на подножку и крикнул Эле:

— Ты дождешься меня? Дождешься?

Она кивала, счастливо улыбаясь.

— Я осенью приеду. Эля, я приеду, и мы поженимся. Обещай мне.

— Обещаю. Я люблю тебя.

— Я люблю тебя. Я счастлив. Я люблю тебя.

Володя не вернулся через полгода. Володя вообще не вернулся с той войны. Но Эля его ждет. Она обещала его дождаться.

“Хронометр-Астрахань”, Астрахань


При полной или частичной перепечатке ссылка на Sobkor.Ru обязательна.